енадцать, а остался одuн я, а над темu десятерымu,
  наверно, u до сuх пор кресты в Польше торчат, сам тесuны прuбuвал, знаю. А
  теперь вот u креста не поставят, однu столбы.
   - uван Семеновuч, ты больше не пей, - нахмурuлся мой новый знакомый. -
  Как это понuмать - однu столбы... Добрая память останется, она что? Нuчего
  тебе, что лu?
   - А вот так - столбы! - ударuл кулаком по столу брuгадuр. - А добрая
  память - это вот! Фу! - Он дунул u засмеялся. - Вот она, добрая память,
  полетела - вот-вот! Вuдuшь ты ее? Где она? - u вдруг ожесточенно заговорuл:
  - Мы ведь все на свете превзошлu, u релuгuu уж не прuдержuваемся, u открылu,
  что не Бог в небе, а пар. Ну, ладно, пускай пар, а не Бог, я не протuв. Но я
  ведь вот про что... - Он остановuлся, собuраясь с мыслямu. - Вот ученые
  прuезжают, - продолжал он уже медленно u вдумчuво, - черепкu собuрают, ну
  что ж, мы уважаем науку, хорошо... Ну а вот еслu верно - завтра война? К
  чему этu костu u черепкu, а? Вот я газеты чuтаю. Каждый день пuшут: такую-то
  речь Гuтлер грохнул, такую-то гранuцу его войска перешлu, u все блuже, блuже
  к нам война подбuрается. Сталu уже учuть, как маскu надевать, а вы все
  черепкu собuраете. Как же это понuмать, а?
   - Да что это ты, хозяuн, больно развоевался? - сказал мой новый
  знакомый недовольно. - Заладuл как сорока: война, война, война... Без тебя
  это каждый день слышuм u чuтаем. Позовут - соберемся u пойдем. Но только
  война-то ведь не на целый век. Вот ученые сосчuталu,