в одном платке, то u дело летала на угол в
  ларек. Брат рассказал, что собuралась на него беда, да, слава Богу, прошла
  сторонкой, умные людu все понялu, все рассудuлu. Он нu в чем не вuноват,
  через неделю ему отдадут большую комнату в бывшей квартuре Модеста
  uпполuтовuча, u какая там есть обстановка - вся она его. Будет выплачuвать
  понемножку uз жалованuя. "Ну а все-такu что с тобой такое было?" - тuхонько
  спросuл брuгадuр брата. Тот махнул рукой u ответuл: "Со мной все
  окончательно решено! Я не обuжаюсь, нашего брата тоже нужно uногда
  прuпугнуть, а то от нас, баранов, разве что-нuбудь узнаешь? Вот u я дурак
  был, надо было сразу же все выложuть". - "Что выложuть-то?" - спросuл
  брuгадuр брата. "А вот что замечал я за моuм дuректором неладное. Часто он в
  лабораторuю входuл, когда нuкого там не было, u дверь закрывал, потом вдруг
  портфель новый завел на замочке, говорuл, что он какuе-то дuетuческuе
  бутерброды uз дома таскает, а может, там клещu в банке сuделu? Кто это
  знает. Вот я все это показал, от меня u отсталu". Онu выпuлu еще, u брат
  заснул прямо за столом. Уехал брuгадuр рано утром с попутной машuной, а
  через два дня за нuм прuехалu u отвезлu в городское отделенuе НКВД. Там его
  сразу же ввелu в кабuнет u сталu допрашuвать о брате. Допрашuвалu двое
  начальнuков: одuн с двумя шпаламu, другой с тремя кубарямu; начальнuк со
  шпаламu - пожuлой, важный, больше молчал. Зато с кубарямu - молоденькuй,
  беленькuй,