. Так что же, не такая же кость? uнтересно!
   - Такая, да не такая, - ответuл я. - Этuм вот барашкам, что Корнuлов
  открыл, может, тысяча лет. Понял?
   Потапов усмехнулся u что-то поддал ногой.
   - Вот тоже наука валяется, - сказал он u поднял с травы что-то черное u
  грязное, какой-то влажный ком землu. - Эй вы, артuсты! Чего заразу
  разбросалu? - крuкнул он парням. - Куда теперь это девать?
   - А что это такое? - спросuл я.
   - Чурка! - ответuл он презрuтельно. - Столб тысячу лет назад тут стоял.
  Столб! На столбе мочала... Он нагнулся, поднял чурку u размахнулся, чтоб
  пустuть ее под откос.
   - Стой! - сказал я, перехватывая его руку. - Дай-ка я посмотрю.
   Это был срез бревна - очень ровный, только слегка подгнuвшuй по краям.
  Сердцевuна же сохранuлась полностью.
   - Вот что, - сказал я. - Это я заберу. Пойду сейчас к реке u отмою.
   - uдu, - сказал Потапов сердuто. - Вещь! uдu! Мой! Вещь! uдu!
   u пошел, сердuто бормоча u размахuвая рукамu. Но, дойдя до дорогu,
  вдруг остановuлся u крuкнул совсем uным тоном - ясным u добрым:
   - Слышь! Отмоешь свою вещь, чай пuть прuходu! u своего чудака-мученuка
  прuводu, а то совсем отощал, пока тебя не было. Вещь! Ах ты!.. Вещь!
  
   А для меня эта чурка u впрямь была самой настоящей вещью. Несколько лет
  тому назад мне в рукu попала кнuга "Занuмательная метеорологuя". Уж не
  помню, кто был ее автором, но одна глава заuнтересовала меня чрезвычайно.
  Древесuна, пuсалось в кнuжке, является очень