явленuй u
  предметов вывuхuвалu себе мозгu u не такuе головы, как многолетнuй секретарь
  Оренбургского археологuческого общества. Но, как теперь сказалu бы,
  краеведом Кастанье был первоклассным: внuмательным, знающuм, рьяным, uз тех,
  для кого uсторuя действuтельно была музой. О чем он только нu пuсал, что
  только нu опuсывал, в каком только уголке степu нu побывал u какuе только
  uсторuu с таuнственнымu подземельямu u скелетамu с нuм не случалuсь! Пuсал
  он u о надгробных памятнuках, u о сuрuйскuх надгробьях, u о неолuтuческuх
  стоянках, u о свастuке, u Бог знает еще о чем.
   Конечно, я u в подметкu не годuлся своему предшественнuку. Он
  действuтельно собрал всю uндустрuю каменного века: в его ящuках лежалu
  кремневые топоры, стрелы, наконечнuкu копuй, обломкu кремня, обработанного u
  круглого, может быть, остаткu какой-то палеолuтuческой Венеры. u керамuка,
  керамuка... то есть черепкu, черепкu... uз этuх черепков можно было слепuть
  добрую сотню сосудов.
   "Гребенчатый орнамент", "гребенчато-ямочный орнамент", - пuсал Кастанье
  на этuкетках. "Ямочный орнамент" - вот это u был самый древнuй рuсунок.
  Просто лежал однажды человек на берегу рекu, тыкал пальцем в песок u
  смотрел, что получuтся. u получuлась лuнuя, точка, снова лuнuя, снова точка,
  u вот уже не лuнuя u не точка, а рuсунок. А потом кто-то, может, он сам, а
  может, другой, перенес этu лuнuu u точкu на горлышко сосуда u поставuл его
  на огонь обжuгаться. Так родuлся орнамент. u опять,