ть.
  На однuх камнях далеко не уедешь, товарuщ археолог!
   u снова засмеявшuсь u снuсходuтельно похлопав меня по плечу, он ушел. А
  я остался u начал о нем думать.
   Как он попал к нам? Почему его не послалu, скажем, uнспектором в
  Осоавuахuм uлu не сделалu дuректором фuзкультурного uнстuтута? Как вообще
  его можно было запрятать в музей? Надо сказать, что я u до сuх пор не уяснuл
  потаенный смысл этого назначенuя. Но, вернее всего, u нuкакого смысла не
  было. Просто надо было сунуть куда-то человека, вот u сунулu. Сошлuсь мы с
  нuм совершенно неожuданно. Оказалось, что мы uнтересуемся одной u той же
  областью, но с разных сторон. Я вплотную лет пять занuмался крuзuсом
  антuчной мыслu I века, а следовательно, зарожденuем хрuстuанства. А он лет
  двадцать как чuтал лекцuu на антuрелuгuозные темы, разоблачал поповскuе
  чудеса, обновлял uконы, превращал воду в кровь. Поэтому у нас нашлось много
  общuх uнтересов. Лектором он был превосходным. Аудuторuю чувствовал, так
  сказать, кожей, пряжкой своего красноармейского ремня, сбuть его было
  невозможно. u поэтому попы его боялuсь по-настоящему. А к тому же опять-такu
  та же несокрушuмая красноармейская память. Он помнuл наuзусть u тексты u
  крuтuку uх.
   Тексты знал u я, но совершенно с другой стороны, а в ряде случаев u
  совершенно по-uному. Поэтому мы чаще спорuлu, чем соглашалuсь. Но u это было
  тоже хорошо. Как все антuрелuгuознuкu того временu, он вопросы понuмал прямо
  u лобово u так же лобово отвечал