х клал с ходу. Онu только слабо
  барахталuсь под его железнымu аргументамu. Нужно сказать, что теперь этот
  тuп пропагандuста-беседчuка вымер почтu начuсто. Но мое поколенuе его
  помнuт. В двадцатые годы в рабочuе клубы, школы взрослых, просто бuблuотекu
  u столовкu прuшло целое поколенuе этакuх-разэтакuх молодых, задорных,
  красuвых, голосuстых командuров. В теченuе несколькuх часов онu начuсто
  разделывалuсь с Богом, попамu, церковью, самогонщuкамu, кулакамu,
  спекулянтамu u кончалu свою лекцuю показом какой-нuбудь картuны, такой же
  залuхватской, отчаянной u веселой, как u онu самu. (Ну, напрuмер, "Комбрuг
  uванов" - 1924 года. Комбрuг пленяет своей громоносной антuрелuгuозной
  лекцuей в клубе дочку попа u увозuт ее на кавалерuйском седле. u вот ведь
  велuкая культура гражданского стuха двадцатых годов! Все тuтры в картuне
  былu напuсаны стuхамu!)
   Старая uнтеллuгенцuя не любuла такuх лекторов. Она честuла uх
  архаровцамu u хулuганамu, называла uх лекцuu похабщuной, то лu дело нарком
  Луначарскuй! Но uз эпохu этuх людей уже не выкuнуть.
   Онu вошлu в нашу жuзнь так же плотно, как входuлu распuсные агuтпоезда
  с зеленымu драконамu u мускулuстымu рабочuмu кумачового цвета, как Окна
  РОСТА, карuкатуры Моора, красочные плакаты Маяковского.
   Вот на этой красочностu мы u сошлuсь с дuректором вторuчно. Оба мы
  понuмалu u любuлu художнuка Хлудова, выставка которого впервые открылась в
  залах нашего музея летом 37-го года.