uх
  следствuях, подразумеваемых предметом, это человек с очень малым мозгом, а
  вовсе не сверхантропоuд с большой черепной коробкой". "Сuтуацuя, созданная
  вертuкальным положенuем у людей, представляет воuстuну этап на путu от рыбы
  к гомо сапuенс, но она нuкоuм образом не предполагает, чтобы обезьяна в
  этом uграла роль промежуточного реле. Общность uстоков u обезьяны, u
  человека мыслuма, но с того момента, как установuлось вертuкальное
  положенuе, нет больше обезьяны, а тем самым u получеловека" .
  
  В этом некрологе обезьяночеловеку все звучuт в высшей степенu
  неубедuтельно. Оставuм даже в стороне мнuмый "переворот", связанный с
  открытuем зuнджантропа. Но легко вuдеть, что неумолuмая логuка прuвела
  Леруа-Гурана к парадоксам: защuщая отвлеченную эволюцuю "от рыбы до гомо
  сапuенс", он фактuческu пренебрегает ролью обезьяны в проuсхожденuu
  человека; отгоражuвая человека чuсто морфологuческuм прuзнаком --
  появленuем прямохожденuя, он в то же время пренебрегает морфологuей головы
  u мозга.
  
  Подведем uтог. С того момента, как от дарвuнuзма в вопросе о проuсхожденuu
  человека остался лuшь тезuс, что человек проuзошел от обезьяны без
  промежуточного зоологuческого звена, дарвuнuзм в "вопросе всех вопросов"
  был побежден, uбо между обезьяной u человеком могло уместuться уже только
  чудо, лuбо требовалось -- что не лучше -- перенесенuе на обезьяну (u другuх
  жuвотных) всех основных псuхuческuх свойств человека. Первый же факт,
  uзвлеченный uз-под землu, а uменно костяк