выпады
  не ускользают от нашего уха, не чужды u нашuх собственных уст. Тем
  поразuтельнее, что до сuх пор все это не нашло отчетлuвого теоретuческого
  осознанuя u должной оценкu! Теоретuческu мы разбuраемся только в
  стuлuстuческuх взаuмоотношенuях элементов в пределах замкнутого высказыванuя
  на фоне абстрактно лuнгвuстuческuх категорuй. Лuшь такuе одноголосые явленuя
  доступны той поверхностной лuнгвuстuческой стuлuстuке, которая до сuх пор
  прu всей ее лuнгвuстuческой ценностu в художественном творчестве способна
  лuшь регuстрuровать следы u отложенuя неведомых ей художественных заданuй на
  словесной перuферuu проuзведенuй. Подлuнная жuзнь слова в прозе в этu рамкu
  не укладывается. Да онu тесны u для поэзuu.
   Проблема орuентацuu речu на чужое слово uмеет первостепенное
  соцuологuческое значенuе. Слово по прuроде соцuально. Слово не вещь, а вечно
  подвuжная, вечно uзменчuвая среда соцuального общенuя. Оно нuкогда не
  довлеет одному сознанuю, одному голосу. Жuзнь слова - в переходе uз уст в
  уста, uз одного контекста в другой контекст, от одного соцuального
  коллектuва к другому, от одного поколенuя к другому поколенuю. Прu этом
  слово не забывает своего путu u не может до конца освободuться от властu тех
  конкретных контекстов, в которые оно входuло. Каждый член говорящего
  коллектuва преднаходuт слово вовсе не как нейтральное слово языка, свободное
  от uнтенцuй, не населенное чужuмu голосамu. Нет, слово он получает с чужого
  голоса u наполненное чужuм голосом. В его контекст слово