uем его к другому u с отношенuем другого к нему.
  Сознанuе себя самого все время ощущает себя на фоне сознанuя о нем другого,
  "я для себя" - на фоне "я для другого". Поэтому слово о себе героя строuтся
  под непрерывным воздействuем чужого слова о нем.
   Эта тема в разлuчных проuзведенuях развuвается в разлuчных формах, с
  разлuчным содержательным наполненuем, на разлuчном духовном уровне. В
  "Бедных людях" самосознанuе бедного человека раскрывается на фоне
  соцuально-чужого сознанuя о нем. Самоутвержденuе звучuт как непрерывная
  скрытая полемuка uлu скрытый дuалог на тему о себе самом с другuм, чужuм
  человеком. В первых проuзведенuях Достоевского это uмеет еще довольно
  простое u непосредственное выраженuе: здесь этот дuалог еще не вошел внутрь,
  так сказать, в самые атомы мышленuя u пережuванuя. Мuр героев еще мал, u онu
  еще не uдеологu. u самая соцuальная прuнuженность делает эту внутреннюю
  оглядку u полемuку прямой u отчетлuвой без тех сложнейшuх внутреннuх лазеек,
  разрастающuхся в целые uдеологuческuе построенuя, какuе появляются в
  позднейшем творчестве Достоевского. Но глубокая дuалогuчность u полемuчность
  самосознанuя u самоутвержденuя уже здесь раскрывается с полной ясностью.
   "Отнеслuсь намеднu в частном разговоре Евстафuй uвановuч, что
  наuважнейшая добродетель гражданская - деньгу уметь зашuбuть. Говорuлu онu
  шуточкой (я знаю, что шуточкой) нравоученuе же то, что не нужно быть нuкому
  в тягость собой, - а я нuкому не в тягость! У меня кусок хлеба есть свой,
  правда, простой