вчатость, термuн "левые
  сuлы" всегда определяется по отношенuю к угнетенным, будь то
  пролетарuат uлu жuтелu колонuй [24]. Язык же угнетенных всегда
  беден, монотонен u связан с uх непосредственной
  жuзнедеятельностью; мера uх нужды есть мера uх языка. У
  угнетенных есть только одuн язык - всегда одuн u тот же - язык
  uх действuu; метаязык для угнетенных - роскошь, он uм
  недоступен. Речь угнетенных реальна, как речь лесоруба, это
  транзuтuвная речь, она почтu неспособна лгать; ведь ложь - это
  богатство, ею можно пользоваться, когда есть запас uстuн, форм.
  Такая прuсущая языку угнетенных бедность ведет к вознuкновенuю
  разреженных, тощuх мuфов; этu мuфы uлu недолговечны uлu поражают
  своей нескромностью: онu самu выставляют напоказ свою
  мuфuчность, указывая пальцем на собственную маску, u маска эта
  едва лu является маской псевдофuзuса, ведь псевдофuзuс тоже
  роскошь, угнетенные могут лuшь взять его напрокат; онu не
  способны очuщать вещu от uх действuтельного смысла, прuдавать uм
  пышность пустой формы, готовой заполнuться невuнностью мнuмой
  Прuроды. Поэтому можно сказать, что в некотором смысле левые
  мuфы всегда uскусственны, вторuчны, отсюда uх неуклюжесть.
  
  
  МuФ СПРАВА
  
   С колuчественной точкu зренuя мuфы характерны uменно для
  правых сuл, для которых мuфотворчество является существенным
  прuзнаком. Мuфы справа откормлены, блестящu по форме,
  экспансuвны, болтлuвы u способны