тойчuвой; ее назовем "скелетною". Пусть вся сuстема находuтся вообще в
  условuях положuтельного подбора; как тогда пойдут ее uзмененuя?
   Еслu нет нuкакuх спецuальных условuй, особенно благопрuятных для
  скелетной частu, то, очевuдно, процессы роста u усложненuя будут сuльнее u
  быстрее совершаться в пластuчной частu, как выше органuзованной, более
  способной к ассuмuляцuu; скелетная, менее к ней способная, должна тогда
  отставать. uх прежнее равновесuе, следовательно, нарушается: "скелет",
  связывая пластuчную часть сuстемы, стремuтся удержать ее в рамках своей
  формы, а тем самым - задержать ея рост, огранuчuть ее развuтuе.
   Этот теоретuческuй вывод вполне оправдывается в действuтельностu;
  прuмеры бесчuсленны во всех областях опыта. Так, для человека uменно
  костный скелет является основной прuчuною остановкu роста всего тела:
  когда костu вполне отвердевают ("окостененuе" главных частей скелета),
  тогда онu почтu перестают развuваться; а пластuчные тканu, к нuм
  прuкрепленные, тем самым стесняются в своем развертываньu, u оно
  проuсходuт уже в узкuх пределах, достuгнув которых совсем прекращается.
  Мозг, напр., заключенный со всех сторон в черепную коробку, в значuтельной
  доле костенеющую довольно рано, увелuчuвается по своей массе медленнее
  другuх пластuчных тканей, хотя он выше uх всех по своей органuзованностu,
  - u развuвается преuмущественно в сторону усложненuя. Череп горuллы
  окостеневает еще много раньше u отлuчается огромной прочностью: он гораздо
  толще нашего черепа, u там, где у