тяготеют к этим полюсам или, наоборот, пытаются занять
  некоторое независимое промежуточное положение между ними. Рассмотрение И.
  вне взаимопроникновения с полюсами этих оппозиций не имеет смысла. Значение
  И. прежде всего в том, что она в силу своего промежуточного положения
  постоянно занимается интерпретацией субкультур указанных оппозиций,
  перекидывая мосты между ними. Поэтому можно говорить о промежуточности И.
  Особенное значение этой деятельности возрастает в условиях раскола, когда
  ослабляется возможность коммуникаций групп, тяготеющих к полюсам указанных
  оппозиций.
   Раскол вызывает у И. мощное дискомфортное состояние. Свой отрыв от почвы
  И. воспринимала как отпадение, свою жизнь - как стремление его преодолеть,
  слиться с народом как с тотемом, пережить партиципацию даже через
  жертвенное самоотрицание, мучительную инициацию. Иначе говоря, И.
  рассматривает народ как тотем, как предмет некритического преклонения.
  Отсюда народничество в его разных формах. И. с легкостью через инверсию
  переходит от оценки народа как тотема к его оценке как антитотема (Народ
  "несознателен", "не готов для тех или иных акций" и т. д.). Для. И.
  характерно стремление "жить вне себя", т.е. приобщаться к ценностям идущим
  извне. Этот ужас перед своим промежуточным положением вытекал из господства
  манихейской культуры, отрицающей возможность существования среднего,
  промежуточного. И. Приобретает особое значение как своеобразный мост между
  расколотыми частями общества, как переводчик, коммуникатор между ними.
  Своим образованием она