емы где П.
   протекает в основном в ее первобытной девственности, не обремененной
  опережающим здравым смыслом. В лучшем случае остается способность бить в
  набат на краю бездны. В этой ситуации открыт простор для инерции истории.
  На этой основе всякая попытка решать серьезные проблемы перекрывается П.,
  стремительным перебрасыванием общества из окрестностей одного порога к
  другому. В этой ситуации реальные проблемы решаются где-то между рывками.
  П. охватывает все общество вплоть до уровня повседневности. Например,
  "только авария или крушение (на железной дороге) дает право им (путейцам)
  производить необходимый ремонт путей. Латать же "под колесами" они не
  могут, так как "окна" между поездами стали на чудовищно перегруженных
  дорогах слишком узкими" (Саблин В. Крушение: случай или система? // Правда.
  1988. 3 авг.). В этой частности можно видеть некоторую модель поведения
  общества в целом, модель циклов истории. Разумеется, постоянно пульсирующее
  общество требует совершенно особого механизма управления, быстро
  приспосабливающегося к иррациональной, неизвестной для страны логике этой
  пульсации. Именно на этой основе возникла партия нового типа.
  
   РАБОЧИК КЛАСС в псевдосинкретизме на языке науки в модернизированной
  форме воспроизводит идею своеобразного посредника, трикстера между массой
  крестьян и государственностью, между традиционным типом производства и
  современным. При этом подходе предполагалось, что Р. к. становится почвой
  нового общества, втягивая в себя всех трудящихся, в первую очередь
  крестьянство,