м, что соответствует основным силам
  синкретического большого общества. Во-первых, высшая власть. Вовторых, миры
  среднего уровня (см. феодализм). В-третьих, локальные миры, т.е.
  предприятия, индивидуальные хозяйства, общины, малые группы и т.д. Смена
  этапов второго глобального периода включает одновременно перемещение
  монополии на Д. между этими тремя его субъектами. Например, крайний
  авторитаризм включает максимально возможное сосредоточение Д. у первого
  лица. Соборный идеал требует превращения локального сообщества в основного
  держателя Д. Всем этим трем формам субъектов дефицита противостоит
  стремление либерализма к преодолению господства монополии на Д., заместить
  его рыночными отношениями, способностью развивать всеобщность в
  соответствии с уровнем сложности и динамизма общества.
   Социальная энтропия, дезорганизация в такой системе нарастает, обгоняя
  рост сложности системы. В ней все труднее становится избежать
  катастрофического развала, так как здесь по сути дела никто никому не
  нужен, все стремятся к самодостаточности, что открывает путь бесчисленным
  конфликтам за Д.
   Д. приобретает тем больше разрушительных черт, чем сложнее общество.
  Тенденция вдет к точке, где развитие приводит к удушению общества
  катастрофическим недостатком товаров. На этом пути Д. постоянно напряженно
  втягивает в свою сферу новые виды ресурсов, те товары, которые правящая
  элита пыталась использовать для стабилизации общества. Система монополии на
  Д. в большом обществе немыслима без продразверстки. Она несовместима с
  правовым