ерьем бедного сапожника в
  Герлице. Он был прирожденным ясновидящим самых чудесных
  способностей. Без образования или знакомства с наукой он писал
  труды, которые, как теперь доказано, полны научных истин; но, как
  он сам говорил, то, о чем он писал, он "видел как будто в большой
  Глубине в Вечном". Он обладал "полным представлением о вселенной
  как бы в хаосе", которое все же "время от времени открывалось в
  нем, как в молодом растении". Он был совершенным прирожденным
  Мистиком, и, несомненно, очень редкого склада, одной из тех
  тонких натур, материальная оболочка которых никоим образом не
  препятствует прямому - хотя бы только случайному - взаимодействию
  между умственным и духовным Эго. Именно это Эго Якоб Беме,
  подобно столь многим другим необученным мистикам, ошибочно принял
  за Бога; "Человек должен сознавать", он пишет, "что его знания не
  есть его собственные, но от Бога, который проявляет Идеи Мудрости
  в Душе Человека, в той мере, как он пожелает". Если бы этот
  великий теософ изучал Восточный Оккультизм, он высказался бы
  по-другому. Тогда он знал бы, что "бог", говоривший через его
  бедный невоспитанный и нетренированный мозг, был его собственным
  божественным Эго,