сам сказал:
   - Давай все, что обещаешь, и Мэчит в придачу.
   - Ого, ты не дурак... Только этого никогда не будет.
   - Как знаешь. А мне и так хорошо...
   Начал Цацгай сердиться на упрямого пастуха. Уж очень он зазнался со
  своею лошадью... Мало ли в степи хороших скакунов? Но как Цацгай ни
  успокаивал себя, но чудная лошадь но выходила у него из головы. Что ему, в
  самом деле, теперь нужно: все у него есть. Даже новую жену не нужно... А
  если бы была у него Ак-Бозат, он стал бы ездить по степи и на каждой байге
  всех бы обгонял. Нет другой такой лошади... Старик даже похудел, потерял сон
  и так заскучал, что не знал, куда ему деваться. И собственное богатство
  сделалось не мило...
   Кончилось тем, что Цацгай серьезно разнемогся. Лежит у себя в кибитке и
  стонет. Ни есть, ни пить не может. Наконец он сказал Мэчит:
   - Иди и позови сюда этого упрямого осла... Я хочу с ним говорить.
   Когда в кибитку вошел Бухарбай, старик сказал:
   - Я захворал из-за твоего упрямства... Ты глуп, как четыре осла! Да...
  Если бы я был молод, я украл бы твою Ак-Бозат! А теперь... Слушай, упрямый
  человек, что я тебе скажу: бери, что хочешь, и... Мэчит в придачу.
   Поклонился Бухарбай и отвечал:
   - Ты много даешь, Цацгай, а хочешь взять у меня все... Ак-Бозат -
  благородной крови Исэк-Кырган. Когда я уходил из своего аула нищим, мать мне
  сказала, чтобы я не отдавал Ак-Бозат ни за что. Но я подумаю...
   - Убирайся, худой человек,