приготовлена, и бурлаки стояли у поносных, Илья сам
  затянул "Дубинушку".
  
   Што, ребята, присмирели,
   Али выпить захотели...
  
   Бурлаки подхватили.
  
   Ой, дуби-инушка ухнем!
   Раззеленая сама пойдет,
   Сама пойдет... Подернем!..
  
   - Идет барка! - кричал Илья, меряя воду длинным шестом. - Еще
  маненечко!.. Нос налево, молодцы!.. - кричал Илья. - Корму поддоржи...
  корму! корму!
   Барка, как черепаха, поворачивала корму, крайне тяжело буравя носом
  песок, который под левым плечом образовал целую гору.
   - Подчегенивай левое плечо!! - кричал Илья. - Молодцы, подчегенивай!..
  Ай да молодцы!.. Еще разик!..
   - Барка пошла... Барка пошла!! - закричали десятки голосов, и бурлаки с
  чегенями, как кошки, принялись карабкаться по бортам.
   Барка была уже на вольной воде и тихо поплыла кормой вперед,
  "отурилась", как говорят бурлаки.
   - Ну, слава богу, - проговорил Илья, - спасибо, ребятушки!.. По стакану
  водки на брата!..
   После такой ледяной ванны водка была необходимостью, чтобы хоть
  немножко согреться. У некоторых бурлаков нечем было переменить мокрые
  рубахи, и они прямо на них надевали свои сермяги.
   - У поносного-то согреются поманеньку, - объяснил Илья. - Этакий грех
  вышел... Поди ты!
   - Отчего у вас огня нет на барке, Илья? - говорил я. - Вот бы бурлаки и
  погрелись...
   - Ну, нет, барин, ежели из ледяной воды да к огню, - тут тебе и
  конец... Уж это мы даже