разумности. Костя Рябов сейчас же и привел ее в исполнение. Лед выдержал...
   - Да он совсем толстый, лед...
   Мы принялись бегать по закрайку самого берега, и все выходило отлично,
  несмотря на то что кое-где лед ломался и выступала вода.
   - Это тонкий лед только у самого берега, а посредине реки он совсем
  толстый, - сообразил кто-то. - Это всегда так бывает...
   Кому первому пришла в голову счастливая мысль проверить это
  предположение на опыте, трудно сказать. Впоследствии выходило как-то так,
  что никто не выходил на лед первым, а дело началось прямо со второго номера.
  Я, конечно, был виноват решительно меньше всех, вернее, совсем не виноват и
  даже отговаривал товарищей, хотя они, по свойственному им коварству,
  совершенно не слышали голоса благоразумия.
   Когда мы были уже на середине реки, на противоположном берегу раздался
  общий отчаянный крик:
   - Полиция!!
   Действительно, на берегу торопливо бежали два городовых и что-то
  кричали. Катавшаяся по льду детвора бросилась врассыпную на берег, как
  воробьи. Мы забрались слишком далеко, чтобы убежать сейчас же, и лед был
  такой скользкий. Кто-то из нас упал, на него упал другой, и лед не выдержал
  нашей тяжести. Сначала он зловеще треснул, потом начал опускаться, и мы все
  трое как-то сразу очутились по горло в воде. Как мы кричали, было слышно
  чуть не за версту. По берегу бегали два городовых. Откуда-то появились доски
  и веревки. Кто-то