у на базар и продал. Жаль
  было продавать, да нельзя, видно, миновать.
   - Да он совсем глупый, столяр-то, - заговорили соседки. - И кто это
  сказал, что он умный?.. Все хозяйство зорит...
   Соседи говорят свое, а столяр думает свое. Раньше было другое, и он был
  другой, а теперь ему ничего не нужно. Пусть идет все крахом; сам наживал,
  сам и проживает.
   Без лошади и коровы всем пришлось плохо. Бывало, от лошади и куры
  покормятся, и мышь стащит малую толику, и козлу достанутся объедки. То же и
  с коровой. Петух начал жаловаться громко:
   - Житья совсем не стало... А наш хозяин дурак!..
   Голуби тоже ворчали: ходят-ходят по двору, и хоть бы одно зернышко где
  завалилось. Ворчали воробьи:
   - Какой же он хозяин, если воробья накормить нечем? Он нас доведет до
  того, что мы уйдем к другому хозяину... Пусть остается один и живет, как
  знает.
   - И мы тоже уйдем, - пищали мыши. - Не дохнуть же нам с голоду?..
  Конечно, жаль его одного оставлять, да ничего не поделаешь.
   Одним словом, поднялся настоящий бунт. Все были недовольны. Молчал
  только один упрямый старый козел. Правда, он наполовину наедался в поле, а
  другую половину добывал по соседям. Иногда ему крепко доставалось за это;
  часто его били; но козел был терпелив и только удивлялся, как это не поймут,
  что он хочет есть. Где сенца стащит, где клок соломы, а где и палки
  отведает, за всем не угоняешься...
   - Вот озорник! - ругали козла соседи.