олодые
  побеги новой хвои, выглянувшие зелеными глазками. Через мокрый, почерневший
  снег, точно изъеденный червями, пробился своей желтой головкой первый
  Подснежник и весело крикнул тоненьким голоском:
   - Вот и я, братцы!.. Поздравляю с весной!
   Прежде в ответ сейчас же слышался веселый шепот елей, кивавших своими
  ветвями первому весеннему гостю, а теперь все молчало кругом, так, что
  Подснежник был неприятно удивлен таким недружелюбным приемом. Когда
  развернулась цветочная почка и Подснежник глянул кругом желтым глазком, он
  ахнул от изумления: вместо знакомых деревьев торчали одни пни; везде
  валялись кучи хвороста, щеп и сучьев. Картина представлялась до того
  печальная, что Подснежник даже заплакал.
   - Если бы я знал, то лучше остался бы сидеть под землей, - печально
  проговорил он, повертываясь на своей мохнатой ножке. - От леса осталось одно
  кладбище.
   Старушка Ель опять рассказала про свое страшное горе, а Белка
  подтвердила ее слова. Да, зимой приехали люди с железными топорами и срубили
  тысячи деревьев, а потом изрезали их на дрова и увезли.
   Не успел этот разговор кончиться, как показались перистые листья
  папоротников. В густом дремучем лесу трава не растет, а мох и папоротник, -
  они любят и полусвет и сырость. Их удивление было еще больше.
   - Что же? Нам ничего не остается, как только уйти отсюда, - сурово
  проговорил самый большой Папоротник. - Мы не привыкли