но, каждое
  дерево знало свое место, а теперь точно с ума все сошли...
   Белочки прыгали к реке и сейчас же приносили невеселый ответ:
   - Плохо, бабушка Ель... По реке вверх поднимаются новые травы и цветы,
  новые кустарники, и все это стремится на порубь, чтобы захватить хоть
  какой-нибудь кусок земли.
   - Э, пусть идут: мне теперь все равно, - печально шептала старушка Ель.
  - Мне и жить осталось недолго.
   Время в лесу шло скорее, чем в городах, где живут люди. Деревья считали
  его не годами, а десятками лет. Происходило это, вероятно, потому, что
  деревья живут гораздо дольше людей и растут медленнее. С другой стороны,
  существовали однолетние растения, для которых весь круг жизни совершался в
  одно лето, - они родились весной и умирали осенью. Кустарники жили
  десять-двадцать лет, а потом начинали хиреть, теряли листья и постепенно
  засыхали. Лиственные деревья жили еще дольше, но до ста лет выживали одни
  липы и березы, а осины, черемухи и рябины погибали, не дожив и половины. С
  лиственными деревьями пришли и свои травы, и цветы, и кустарники - эта
  веселая зеленая свита, которая не встречается в глухих хвойных лесах, где
  недостает солнца и воздуха и где могут жить одни папоротники, мхи и
  лишайники.
   Главными действующими лицами на поруби являлись теперь река Безымянка и
  Ветер, - они вместе несли свежие семена новых растений и лесных пород, и
  таким образом происходило передвижение