страдали от нашего хищничества и за корм платили неволей. В праздники мы по
  целым часам терпеливо высиживали где-нибудь в бурьяне, чтобы подкараулить
  момент, когда нужно дернуть веревочку тайника. Хитро устроенная сетка
  захлопывалась, и несчастная жертва нашей ребячьей жестокости попадала в
  клетку.
   Как сейчас помню то роковое утро, когда мы, по обыкновению, явились на
  наш пустырь, нагруженные клетками, западнями и тайниками. Утро было самое
  отличное для нашей охоты. Падал снежок, а "Средиземное море" уже покрылось
  тонким, как стекло, первым льдом, по которому еще было нельзя кататься на
  коньках. Первое, что нам бросилось в глаза, - это вившийся из трубы
  бани-замка тоненькой струйкой синий дымок.
   - В замке появилось привидение... - прошептал кто-то.
   В первую минуту мы остановились и даже малодушно хотели отступить. В
  следующий момент мы рассмотрели отпечатавшиеся на снегу следы мужских сапог,
  которые вели к реке. По внимательном их исследовании было единогласно
  решено, что это следы того волшебника, который ночью вышел из реки и
  поселился в нашем замке. Это было так ясно, что никому и в голову не пришла
  самая простая мысль, именно, что волшебник ходил к реке за водой. Почему
  неизвестное существо, поселившееся в пустой бане, непременно волшебник, а не
  просто человек, - тоже было ясно, как день, и не требовало доказательств.
  Кто первый придумал это слово - осталось неизвестным, но