их
  кто-нибудь посадил в клетку, другими словами, - тюрьму, и посадил только
  потому, что вы голодны... Да. А вы с горя начали бы петь, чтобы доставить
  удовольствие тому, кто лишил вас свободы...
   Эти слова не произвели на нас никакого впечатления, потому что все
  думали о выпущенных на волю пленницах и разорванных тайниках. Волшебник,
  кажется, это заметил и проговорил уже другим тоном, точно он давным-давно
  был знаком со всеми:
   - Послушайте, ребятки, носы у вас от мороза красные, руки - тоже...
  Пойдемте ко мне, я вас напою чаем. Горячий чай - лучшая вещь на свете...
   Мы приняли это любезное приглашение с большой нерешительностью. А вдруг
  волшебник заманит нас в свой замок и что-нибудь сделает с нами такое, что мы
  больше не увидим белого света?
   - А вы кто такой? - спросил кто-то.
   - Я? - переспросил волшебник и, подумав, ответил с улыбкой: - Я -
  птица... Да, настоящая птица.
   В ответ послышался смех.
   - Да, настоящая птица, - настойчиво повторил волшебник. - Зовут меня
  Иваном Гаврилычем Мухиным, а все-таки птица. Ну, об этом поговорим потом, а
  сейчас пойдемте пить чай.
   В толпе всегда найдется решительный человек, который поведет за собой
  других. Так было и с нами. С другой стороны, и выпить горячего чая было
  недурно. Мы веселой гурьбой вошли в баню, где топилась печь. Из банной
  каменки волшебник ухитрился сделать себе большой камин, а банный полок был
  превращен в какой-то музей