Последними пришли Аленушкин Башмачок и Аленушкина Метелочка. Посмотрели
  они - все места заняты, а Метелочка сказала:
   - Ничего, я и в уголке постою...
   А Башмачок ничего не сказал и молча залез под диван. Это был очень
  почтенный Башмачок, хотя и стоптанный. Его немного смущала только дырочка,
  которая была на самом носике. Ну, да ничего, под диваном никто не заметит.
   - Эй, музыка! - скомандовал Ванька.
   Забил барабан: тра-та! та-та! Заиграли трубы: тру-ту! И всем гостям
  вдруг сделалось так весело, так весело...
  
  
  II
  
   Праздник начался отлично. Бил барабан сам собой, играли сами трубы,
  жужжал Волчок, звенел своими тарелочками Клоун, а Петрушка неистово пищал.
  Ах, как было весело!..
   - Братцы, гуляй! - покрикивал Ванька, разглаживая свои льняные кудри.
   Аня и Катя смеялись тонкими голосками, неуклюжий Медведь танцевал с
  Метелочкой, серенький Козлик гулял с Уточкой-хохлаткой, Клоун кувыркался,
  показывая свое искусство, а доктор Карл Иваныч спрашивал Матрену Ивановну:
   - Матрена Ивановна, не болит ли у вас животик?
   - Что вы, Карл Иваныч? - обижалась Матрена Ивановна. - С чего вы это
  взяли?..
   - А ну, покажите язык.
   - Отстаньте, пожалуйста...
   - Я здесь... - прозвенела тонким голоском серебряная Ложечка, которой
  Аленушка ела свою кашку.
   Она лежала до сих пор спокойно на столе, а когда доктор заговорил об
  языке, не утерпела и соскочила. Ведь доктор всегда