а при ее помощи осматривает
  у Аленушки язычок...
   - Ах, нет... не нужно! - запищала Матрена Ивановна и так смешно
  размахивала руками, точно ветряная мельница.
   - Что же, я не навязываюсь со своими услугами, - обиделась Ложечка.
   Она даже хотела рассердиться, но в это время к ней подлетел Волчок, и
  они принялись танцевать. Волчок жужжал, Ложечка звенела... Даже Аленушкин
  Башмачок не утерпел, вылез из-под дивана и шепнул Метелочке:
   - Я вас очень люблю, Метелочка...
   Метелочка сладко закрыла глазки и только вздохнула. Она любила, чтобы
  ее любили.
   Ведь она всегда была такой скромной Метелочкой и никогда не важничала,
  как это случалось иногда с другими. Например, Матрена Ивановна или Аня и
  Катя, - эти милые куклы любили посмеяться над чужими недостатками: у Клоуна
  не хватало одной ноги, у Петрушки был длинный нос, у Карла Иваныча - лысина,
  Цыган походил на головешку, а всего больше доставалось имениннику Ваньке.
   - Он мужиковат немного, - говорила Катя.
   - И, кроме того, хвастун, - прибавила Аня.
   Повеселившись, все уселись за стол, и начался уже настоящий пир. Обед
  прошел, как на настоящих именинах, хотя дело и не обошлось без маленьких
  недоразумений. Медведь по ошибке чуть не съел Зайчика вместо котлетки;
  Волчок чуть не подрался с Цыганом из-за Ложечки - последний хотел ее украсть
  и уже спрятал было к себе в карман. Петр Иваныч, известный забияка, успел
  поссориться с женой