нате
  было пусто, а Ванька стоял посредине и с удивлением оглядывался кругом.
  Очнулись Аня и Катя и тоже удивились.
   - Здесь было что-то ужасное, - говорила Катя. - Хорош именинник, нечего
  сказать!
   Куклы разом накинулись на Ваньку, который решительно не знал, что ему
  отвечать. И его кто-то бил, и он кого-то бил, а за что про что - неизвестно.
   - Решительно не знаю, как все это вышло, - говорил он, разводя руками.
  - Главное, что обидно: ведь я их всех люблю... решительно всех.
   - А мы знаем как, - отозвались из-под дивана Башмачок и Зайчик. - Мы
  все видели!..
   - Да это вы виноваты! - накинулась на них Матрена Ивановна. - Конечно,
  вы... Заварили кашу, а сами спрятались.
   - Они, они!.. - закричали в один голос Аня и Катя.
   - Ага, вон в чем дело! - обрадовался Ванька. - Убирайтесь вон,
  разбойники... Вы ходите по гостям только ссорить добрых людей.
   Башмачок и Зайчик едва успели выскочить в окно.
   - Вот я вас... - грозила им вслед кулаком Матрена Ивановна. - Ах, какие
  бывают на свете дрянные люди! Вот и Уточка скажет то же самое.
   - Да, да... - подтвердила Уточка. - Я своими глазами видела, как они
  спрятались под диван.
   Уточка всегда и со всеми соглашалась.
   - Нужно вернуть гостей... - продолжала Катя. - Мы еще повеселимся...
   Гости вернулись охотно. У кого был подбит глаз, кто прихрамывал; у
  Петрушки всего сильнее пострадал его длинный нос.
   - Ах, разбойники!