опершись об алебарду, вспомнив, что как раз недавно ее наточил...
   Сундук упал боком, на лету крышка с распахнулась, бумаги разлетелись,
  алебарда попала как раз в середину большого конверта, сломав три красные
  печати. Адам увидел это и одеревенел окончательно. Оба надолго замерли,
  уставившись в поломанные печати и не смея взглянуть друг на друга.
   Адам пришел в себя первым, потому что вспомнил о Хане. Он
  почувствовал, что должен что-то сделать и отворил двери пошире.
   - Можно? - спросил он очень осторожно.
   Михал тоже вышел из оцепенения. Он схватил алебарду и как можно
  быстрее повесил ее на стену.
   - Пожалуйста, пожалуйста, - пригласил он. - Сейчас я вам помогу... Вы
  по какому-то делу?
   Адам перешагнул через сундук, присел и запихал рассыпанные бумаги
  обратно. Общими усилиями они водрузили железный ящик на стол. Михал
  невольно залюбовался красивым, в стиле барокко орнаментом на крышке.
  Немного злясь на себя, немного на гостя, он изо всех сил старался
  выглядеть достойно, серьезно и элегантно, плохо слушая объяснения.
  Содержание рассказа Адама начало до него доходить где-то посередине, он
  откинул крышку, заглянул в сундук, посмотрел на бумаги и полностью
  пропустил продолжение.
   Скоро Адам понял, что молодой человек его вовсе не слушает. Он уныло
  замолчал и смотрел, как этот помешанный директор вытягивает документы из
  ящика, без видимого труда читает сложные завитушки,