щил розовые облака. Ни
  неба, ни облаков он не видел, для разнообразия ему стало холодно и
  пришлось собрать все силы, чтобы наконец осознать эту неслыханную,
  неправдоподобную, ослепительную мысль.
   Итак, все эти вещи, весь этот клад, все ошеломляющие, несравнимые
  сокровища до сих пор лежат где-то в укрытии, там, где по поручению своей
  клиентки их спрятал старый нотариус Бартоломей Лагевка...
   Примерно через пятнадцать минут Михал Ольшевский вновь приобрел
  способность мыслить. Могучая, оргазмическая радость окрыляла его и
  подпитывала ум. Фактом существования каких-то там наследников он пока
  полностью пренебрег, не сомневаясь, что, если музей сможет это купить,
  удастся уговорить их на продажу. А если и нет, они наверняка согласятся
  сдать это на хранение, сфотографировать, описать и показать людям...
  Понятно, что все вещи были где-то в стране, близко и доступно. К счастью,
  вывозить подобное не разрешает закон...
   Осталась единственная трудность - найти эти сокровища. Несомненно,
  они хорошо спрятаны, если до сих пор не найдены. Где старый нотариус мог
  найти соответствующее укрытие? Наверняка закопал... Михал прикинул объем
  вещей, получился ящик объемом со стол реставратора. Такой ящик закопать
  можно, можно закопать вещи и побольше, но где?!
   Внимательный просмотр всех бумаг из ящика окончательно подтвердил,
  что на этот счет никакой информации нет. Оставалось завещание. Если бы
  печати