смертном ложе сбросить тяжесть с семейной
  совести. Как минимум половина этого груза легла на нас...
   - А нос у него был, как у Никсона, - вдруг сказала Тереза понурым
  голосом. - И вся верхняя челюсть, не только нос.
   - Вы действительно думаете, что он затаился там на лестнице? -
  спросила моя мамуся с искренним удивлением. - Ведь у него было столько
  времени, а он ничего нам не сделал!
   - Не было удобного случая, - злорадно пробормотал Марек.
   - Он искал клад, - объяснила я. - Надеялся, что мы отдадим все
  полюбовно, но, как только потеряет надежду, испортит свет на лестничной
  клетке и передушит всех, кто выходит...
   Люцина вдруг оживилась, как будто близкая перспектива быть задушенной
  добавила ей бодрости. Она подхватилась и начала собирать со стола тарелки.
   - Какая прелестная история! - радостно сказала она. - Никогда бы не
  поверила, что в нашей семье откроются такие тайны! Слушайте, едем в Волю!
   Тереза, которая тоже поднялась, застыла, сочувственно на нее
  посмотрела и постучала по лбу ручкой ножа.
   - Сдурела? - спросила она уныло. - Хочешь быть поближе к тому болоту,
  чтобы облегчить ему задачу?
   - Брось. Надо все изучить. Теперь ясно: там что-то происходит.
  Неизвестно почему, но все мчатся туда - и Менюшко, и те двое, которые про
  нас спрашивали...
   - Менюшко проявил даже некоторую настойчивость, - заметила я.
   - Вот именно. Здесь мы больше ничего не придумаем. Я еду, а вы