чал незнакомый охотник. Как
  водится, мы предложили ему горячего чаю, еды. Но он отказался, не разде-
  ваясь присел у печурки и так задремал. Мы решили, что ему не здоровится
  - он вздрагивал во сне, что-то бормотал, лицо было в каких-то бурых пят-
  нах...
   Позже, он все-таки согласился поесть. Когда снял рукавицы, мы увиде-
  ли, что одна рука у него перебинтована грязными тряпками. Гости в тайге
  - большая редкость. Достали мы бутылку спирта, расплескали по кружкам.
  После выпитого охотник разговорился. Признался, что действительно зане-
  дужил, пробирается в город к врачам. Болезнь с ним приключилась странная
  - правая рука горела огнем в самом буквальном смысле. Он размотал бинты,
  мы прикрутили фитиль "керосинки" и увидели, что правая ладонь нашего
  гостя действительно светится в темноте. Мало того - с кончиков пальцев
  стекало сияние, похожее на пламя ацетиленовой горелки.
   -Больно?-спросили мы.
   -Наоборот, - сказал охотник. -Рука по локоть словно отмороженная. Ни-
  чего не чувствует, только иногда пробегают "мурашки"...
   Как потом выяснилось, странные пятна на лице охотника тоже светились
  - только очень слабо. Лишь в полной темноте, когда уже легли спать, мы
  обнаружили это. Сам же он об этом, судя по всему, даже не подозревал.
   Утром охотник попрощался и ушел. Не знаю, добрался ли он до города -
  ведь идти ему было по тайге километров 150. По крайней мере, сколько я
  уже проживаю в Чите, ни разу не сталкивался с ним на улицах.
   А случай тот не идет у меня из памяти, потому что не нахожу я ему