овал:
   - Лаборатория бионики! Когда будут процентовки? Процентовки, я
  говорю! Или вам денег не надо?
   Максим бросил трубку и обхватил голову руками...
   А когда поздним вечером он подходил к дому, из темноты навстречу
  вышел высокий молодой человек:
   - Здравствуйте, Максим Владимирович. Не помните меня? Я Николай
  Силкин, сын дяди Степана из Вормалея.
   - Коля?.. Здравствуй, заходи!
   - Извините, заходить некогда, меня ждут. Я должен только письмо вам
  передать, отец прислал, говорил, что хочет сообщить важные новости.
   - Спасибо, Коля. - Максим поднялся к себе и, не снимая пальто и
  шляпу, вскрыл толстый самодельный конверт.
   Письмо было длинным. Дядя Степан подробно рассказывал о своих
  охотничьих делах, о всех вормалеевских знакомых, а в конце писал: "...И
  еще я хотел сказать тебе - самое главное. Пришлось мне промышлять на Лысой
  гриве: зверя-то мало осталось в наших лесах. Ну пришел я туда, спустился к
  озеру, разложил костер, сижу эдак, чай кипячу, вдруг слышу - плачет кто-то
  в лесу. Что за наваждение! Привстал я, смотрю - мать честная! - стоит
  неподалеку от меня девица, славная такая, пригожая и лицом и статью,
  только как есть в одном платьишке. Это в тайге-то! Стоит, стало быть,
  прислонилась к пихточке, а из глаз - слезы. Ну я, понятно, к ней. "Что, -
  говорю, - ты, девонька, плачешь? Заблудилась, что ли?" Она сначала
  испугалась меня, шарахнулась,