и мог ее встретить. Не удивился и
  тому, что перед ним стояла уже не девочка, а взрослая красивая девушка.
  Максим рассмотрел ее. Узкое, даже чересчур узкое лицо. Прямой тонкий нос.
  Глаза огромные, удлиненные, с неестественно расширенными зрачками,
  которые, казалось, светились изнутри.
   Девушка улыбнулась и коротко спросила:
   - Уезжаете?
   - Да... - еле выдавил он из себя, даже не удивившись ее вопросу, и
  почему-то уточнил: - Сегодня часа через три-четыре.
   - Это хорошо, что вы уезжаете, - сказала она, бросив на него быстрый
  взгляд.
   - Почему? - спросил Максим, немного приходя в себя и снова
  рассматривая незнакомку. Теперь его внимание привлек цветок, заколотый в
  прическе девушки. Цветок был, несомненно, живой, необычной расцветки. Он
  напоминал альпийский эдельвейс, только лепестки лирообразной формы были
  много нежней, почти прозрачные. Максим был уверен, что где-то уже встречал
  такой же цветок, но не мог вспомнить где.
   - Вы еще очень мало видели, - отвечала девушка. - Плохо знаете жизнь
  и людей. - Голос ее звучал тихо, как шелест листьев на слабом ветру, глаза
  же струили мягкий свет. - О мире вы судите по своему глухому уголку и
  поэтому делаете много ошибок.
   - Я делаю ошибки?!
   - О, много! Очень много. Вчера, например, вы говорили девушке, что
  всю жизнь будете любить ее одну. Но ведь такое редко бывает. К тому же вы
  не любите ее даже сейчас. И вообще не знаете,