л довольный вид.
   "Милые люди, как они меня любят! - подумал я, не сознаваясь себе в
  том, что они рады, потому что мое присутствие в эту пору и в этих местах
  слегка рассеяло их страх.
   И вот завязалась беседа между мной и луковичной стеной. Все говорили
  разом; и, один против всех, я ответствовал.
   - Откуда ты? Что ты делал? Что ты видел? Чего тебе надо? Как ты во-
  шел? Каким образом ты прошел?
   - Тише! Тише! не волнуйтесь. Я с удовольствием вижу, что язык у вас
  уцелел, хоть ноги отнялись и сердце смякло. Что вы там делаете, взапер-
  ти? Выходите, приятно подышать вечерней прохладой. Или у вас отобрали
  штаны, что вы сидите по комнатам?
   Но вместо ответа они стали спрашивать:
   - Брюньон, когда ты шел, кого ты встречал на улицах?
   - Дурачье, - говорю, - кого вы хотите, чтобы я встретил, когда вы по-
  запирались?
   - Разбойников.
   - Разбойников?
   - Они грабят и жгут все.
   - Где это?
   - В Бейане.
   - Пойдем, перехватим их! Что своем курятнике?
   - Мы стережем дом.
   - Лучший способ стеречь свой дом - это защищать чужой.
   - Покорнейше благодарим! Всякий защищает свое.
   - Я эту песенку знаю: "Мне дороги соседи, но я на них плюю"... Нес-
  частные! Вы сами работаете на разбойников. Сперва других, потом вас.
  Всякому придет черед.
   - Господин Ракен сказал, что в этой беде самое лучшее сидеть смирно,
  уступить огню его долю и ждать, пока не восстановится порядок.
   - А кто его восстановит?
   - Господин де Невер.
   - До тех пор много воды утечет. У