опьем, чтобы проверить. Но спорить о боге - боже правый! - о святом ду-
  хе, это значит показывать, друзья мои, что дух у вас помутился!.. Я ни-
  чего не говорю плохого про тех, кто верит: я верю, мы верим, вы вери-
  те... чему вам угодно. Но поговорим о чем-нибудь другом: неужели ничего
  такого не найдется на свете? Всякий из вас уверен, что создан для райс-
  ких врат. Что ж, и отлично, я очень рад. Вас там ждут, каждому избранни-
  ку уготовано место, остальные - пожалуйте обратно: само собой понятно...
  Да предоставьте вы господу богу самому размещать своих постояльцев; это
  его обязанность, и вы в его распоряжения не вмешивайтесь. Всякому свое
  царство. Богу - небо, нам - земля. Наше дело устроить ее, если возможно,
  поуютнее. Для такой работы никто не лишний. Или, по-вашему, можно обой-
  тись и без вас? Вы все четверо полезны стране. Ей так же нужна твоя ве-
  ра, Жан-Франсуа, в то, что было, как и твоя, Антуан, в то, чему следова-
  ло бы быть, так же нужна твоя непоседливость, Эмон-Мишель, как и твоя.
  Анис, неподвижность. Вы - четыре столпа. Стоит податься одному, и рухнет
  дом. Вы бы остались торчать бесполезной развалиной. Или вы этого добива-
  етесь? Недурно, нечего сказать! Что бы вы сказали про четырех моряков,
  которые на волнах, в непогоду, вместо того чтобы управлять кораблем, по-
  мышляли бы только о спорах?.. Мне вспоминается разговор, который мне не-
  когда передавали, короля Генриха с герцогом Неверским. Они жаловались на
  своих французов, что у тех страсть истреблять друг