- с откоса прыгнула в
  ров... Господи, я ее высечь был готов!.. В один миг я был на стене. И
  все мы свесились в вышине... Неприятель был бы в выигрыше, если бы изб-
  рал нас мишенью; но и он, как и мы, смотрел в ров на мою крошечку, кото-
  рая (слава тебе, матерь божия!) скатилась мягко, как кошечка, и, ничуть
  не испугавшись, сидя на цветущей траве, подымала голову к головам, кото-
  рые свешивались по сторонам и, улыбаясь им в ответ, рвала букет. Все
  улыбались ей тоже. Монсеньер де Раньи, неприятельский комендант, велел,
  чтобы никто не обижал девчурку, и даже бросил ей, милый человек, свою
  бомбоньерку.
   Но пока все были заняты Глоди, Мартина (с женщинами вечные истории),
  чтобы спасти свою овечку, Просилась тоже вниз по откосу, бегом,
  скользком, кувырком, с юбкой, задранной до шеи, являя врагам свои эмпи-
  реи, восток и запад, все зараз, всю твердь небесную напоказ и, в сиянии
  лучей, светило ночей. Ее успех был бесподобен. Но она не смутилась, заб-
  рала свою Глоди, расцеловала и отшлепала.
   Воодушевленный ее прелестями, не слушаясь своего капитана, здоровен-
  ный солдат спрыгнул в ров и бросился к ней бегом. Она остановилась. Мы
  со стены кинули ей помело. Она его взяла и смело на врага пошла, и -
  раз! раз! вот как у нас! - повеса струхнул и - бей! валяй! - улепетнул,
  - гремите, трубы и барабаны! Триумфаторшу подцепили, вместе с ребенком,
  при смехе звонком; и, гордый, как павлин, я тянул веревку, которая поды-
  мала мою плутовку, ослепившую вражеские