. Они такие же язычники, как были до того. Напрас-
  но, век за веком, мы искореняем в полях, ручьях, лесах духов и фей; нап-
  расно мы силимся задуть, надсаживая щеки и грудь, силимся вновь и вновь
  загасить эти адские огни, дабы в потемневшей ночи вселенной виден был
  только свет истинного бога; нам так и не удается истребить эти исчадия
  земли, эти грязные суеверия, эту душу вещества. В старых дубовых пнях, в
  черных камнях-вертунах по-прежнему гнездится это сатанинское отродье. А
  ведь сколько мы его били, рубили, жгли, толкли, выкапывали из земли! На-
  до бы вывернуть каждую кочку, каждый камень, всю нашу галльскую зем-
  лю-мать, чтобы всех этих дьяволов из нее изгнать. Да оно и не к чему.
  Это проклятая Природа выскальзывает у вас из рук; вы ей отрубите лапы, у
  нее отрастают крылья. Одного бога убьете, их народится десять. Все -
  бог, все - дьявол для этих болванов. Они верят в оборотней, в белую ло-
  шадь без головы и в черную курицу, в человечьего змея, в домового и в
  вещих уток... Скажите мне на милость, на что будет похож среди всех этих
  косолапых чудовищ, сбежавших из Ноева ковчега, кроткий сын Марии и на-
  божного плотника!
   Мэтр Пайар отвечал:
   - Кум, "видишь глаз чужой, да не видишь свой".
   Твои прихожане не в своем уме, ты прав. Но сам-то ты рассудком разве
  более здрав? Не тебе говорить, кюре; ты поступаешь совершенно так же,
  как они. Чем твои святые лучше их домовых и фей? Мало было завести одно-
  го бога втроем, или троих в одном, и богинюмать, надо