ания. После чего они вышли, но
  рядком, подпирая с обеих сторон, подобно двум столпам, живот кюре. Вмес-
  то двух хозяев оказалось трое. Когда хозяева ссорятся, народ всегда в
  выигрыше.
   Все они проследовали мимо и вернулись в замок есть обед, вполне ими
  заработанный; а мы, дураки, остались, разинув рты, на площади, вокруг
  невидимой чугунки, вдыхая запах и глотая слюнки. Для вящего удовлетворе-
  ния я просил перечислить мне блюда. Нас было трое чревоугодников: поч-
  тенный Трипе, Бодеке и Брюньон, здесь присутствующий, и при каждом блю-
  де, которое нам называли, мы переглядывались, смеясь И подталкивая друг
  друга локтем. Одно блюдо мы одобряли, насчет другого вступали в обсужде-
  ние: можно было сделать лучше, если бы посоветоваться с людьми опытными,
  вроде нас; но в сущности ни грамматических ошибок, ни смертных грехов; и
  в общем обед был весьма почтенный. По поводу некоего заячьего рагу вся-
  кий изложил свой рецепт; слушатели также вставили по словечку. Но вскоре
  на этой почве загорелся опор (это вопросы жгучие; надо быть дурным чело-
  веком, чтобы говорить о них спокойно и хладнокровно). Особенно был он
  оживлен между госпожами Перриной и Жакоттой, соперницами, задающими у
  нас в городе большие обеды. У каждой из них имеется своя партия, и каж-
  дая из этих партий стремится затмить другую за столом. Это бывают доб-
  лестные состязания. В наших городах хорошие обеды - это обывательские
  турниры. Но я хоть и лаком до смачных споров, для меня нет ничего утоми-
  тельнее,