Джош?
   - Если честно, то очень смутно помню, что он сказал. Мне удалось поймать
  его около полуночи по местному времени. В Нью-Йорке, наверное, было часа три
  утра.
   - Никуда не уходи из дома. Я поговорю с Джошем. Кто-нибудь из нас двоих
  потом тебе позвонит.
   - Хорошо. - Питер хотел было еще раз передать свои извинения жене Моргана
  и распрощаться, но почувствовал, что издатель что-то недоговорил.
   - Питер?
   - Да?
   - Предположим, Джош и я все уладим... Я имею в виду твой контракт со
  студией. - Здесь нечего улаживать! - снова взорвался Ченселор. - Я им не
  нужен.
   Они не хотят принимать меня таким, какой я есть.
   - Может быть, им нужно твое имя и они платят тебе именно за это?
   - Я не торгую своим именем. Во всяком случае, тот фильм, который они
  собираются делать, обойдется без меня. Я же говорю тебе, это будет прямо
  противоположное тому, что я написал.
   - А для тебя это важно?
   - Как для автора - нет, черт побери! Но то, что они там наворочали,
  противоречит моим убеждениям. А этим не бросаются.
   - Я просто так поинтересовался. Может быть, ты уже готов начать книгу о
  Нюрнбергском процессе? Питер рассеянно посмотрел на потолок:
   - Пока нет, Тони. Скоро буду готов, но сейчас - нет. Мы с тобой об этом
  позднее поговорим.
   Питер повесил трубку, забыв еще раз извиниться перед женой Моргана. Он
  лежал и думал о вопросах, которые задал ему издатель, и о своих ответах.
   Только бы боль прошла!