нсультациям по чисто юридическим вопросам.
   - Я не вполне понимаю вас.
   - Мистер Гувер был одержим прискорбной страстью выдвигать против людей
  беспочвенные обвинения. И что еще хуже, нередко делал эти обвинения в форме
  намеков и инсинуаций, употребляя общие, ничего не значащие слова и
  выражения.
   Обвинения эти зачастую были необоснованны, но бороться против них
  юридическими средствами оказывалось крайне трудно. Принимая во внимание то
  положение, которое занимал Гувер, он совершал непростительную ошибку,
  используя подобные методы.
   - Итак, эта группа деятелей, обеспокоенных создавшимся положением...
   - В нее входили и женщины, мистер Ченселор, - прервал Питера Сазерленд.
   - ...И деятельниц, - продолжал Ченселор, - была создана для защиты
  граждан от необоснованных нападок Гувера.
   - По сути дела, так. В последние годы он стал невероятно злобным. Ему
  повсюду мерещились враги. Зачастую выгоняли хороших людей, не называя
  подлинной причины их увольнения. Позднее, иногда много месяцев спустя,
  выяснялось, что к делу приложил руку сам директор ФБР. Мы видели свою задачу
  в том, чтобы остановить эту волну злоупотреблений.
   - Не могли бы вы мне сказать, Кто еще входил в вашу группу?
   - Разумеется, нет. - Сняв очки, Сазерленд осторожно сжал их большими
  сильными пальцами. - Достаточно заметить, что это люди, способные активно
  выступать против злоупотреблений, люди, с мнением