и захолустье! - подумал Ченселор. -
  Далеко же забрался этот Макэндрю".
   Лучи заходящего солнца падали прямо на ветровое стекло автомашины,
  ослепляя Питера. Он опустил солнцезащитный козырек, но проку от него было
  мало.
   Мысли Ченселора снова и снова возвращались к только что увиденной им
  сцене.
   Почему эта несчастная женщина так кричала? В первый раз она заметила его,
  когда он стоял в тени. И успокоилась только после того, как он по команде
  Макэндрю вышел на свет. Может быть, он кого-то ей напоминал? Нет, вряд ли
  дело в этом. У старого дома окна небольшие, а растущие под ними деревья
  такие высокие и густые, что лучи вечернего солнца почти не проникают в
  комнаты.
   Скорее всего, ее испугало не лицо. Но что же тогда? Воспоминания о каких
  кошмарах пробудило в ее сознании его появление?
   Можно презирать Лонгворта, однако надо признать, что представленные им
  доказательства были убедительными. Если Лонгворт сказал правду и
  принадлежавшие Гуверу досье где-то сохранились, то трудно найти более
  подходящую мишень для безжалостного шантажа, чем несчастный Макэндрю. Как
  любому порядочному человеку, Ченселору была отвратительна вся эта история.
  Он искренне возмущался тем, как подло обошлись с генералом. Но, как
  писатель, он не мог остаться равнодушным к возможностям, которые таила в
  себе эта история. Сама идея написать о ней книгу стала казаться вполне
  оправданной.