лянулся. Его одинокая фигура
  возвышалась над могильными плитами.
   Ченселор непроизвольно подумал, что майор хотел в последний раз
  посмотреть на могилу Макэндрю, чтобы убедиться, действительно ли мертв
  объект его ненависти, Это был довольно любопытный момент...
   - Я чувствовала твой взгляд, - сказала Элисон, когда они сели в машину,
  которая должна была доставить их в Вашингтон. - Один раз я даже оглянулась.
  Ты изучал толпу. И я знаю, что ты слышал каждое слово, сказанное мне.
  Заметил что-нибудь интересное?
   - Да, - ответил Питер, - одного майора. Похож на итальянца или испанца.
  Он не подходил к тебе. Единственный из всех офицеров.
   Элисон смотрела через окно машины на ряды могил. Она говорила тихо, чтобы
  их не слышали водитель и сопровождающий:
   - Да, я видела его.
   - Значит, ты заметила, как странно он себя вел.
   - С его точки зрения, он вел себя нормально. Ненависть, которую он
  испытывал, на его лице было так же легко различить, как наградные нашивки на
  мундире. Это чувство неотделимо от его наград.
   - Кто он?
   - Его зовут Пабло Рамирес. Он из Сан-Хуана, один из первых слушателей
  Вест-Пойнта с территорий. Мне кажется, его следовало бы назвать
  символическим испанцем, если бы кто-нибудь смог объяснить этот термин.
   - Он знал твоего отца?
   - Да Они вместе служили. Рамирес поступил в Вест-Пойнт на два года позже
  отца.
   Питер дотронулся до ее руки:
   - Они вместе