л через вокзал "Юнион стейшн" к выходу па платформу. Было два
  часа ночи. Похожее на пещеру помещение вокзала под большим как в соборе
  куполом казалось почти пустым. Только кое-где на длинных скамейках лежали,
  свернувшись калачиком, пожилые люди - здесь они укрывались от декабрьских
  ночных холодов.
   Какой-то старик приподнялся и сел, заметив Питера, спешившего к выходу.
  Что-то, наверное, нарушило его сон, в котором мечты одинокого человека могли
  и осуществиться.
   Питер торопился. Надо было успеть на последний поезд, иначе пришлось бы
  ждать до шести утра. А ему хотелось поскорее увидеть Элисон, поговорить с
  ней, заставить ее вспомнить события далекого детства. Кроме того, нужно было
  выспаться. Предстояло сделать так много, что не отдохнуть значило бы заранее
  обречь себя на неудачу. План действий приобретал все более четкие очертания,
  а начальную идею подсказал ему Рамирес своей мимолетно оброненной фразой;
  "Бой под Часоном - не единственный, где были ранены сотни людей, которые
  теперь доживают свой век в госпиталях для ветеранов".
   Питер прошел в середину пустого вагона, сел у окна и увидел собственное
  отражение в загрязненном стекле. Хотя отражение было мутным, можно было
  безошибочно определить, что это лицо уставшего, измученного человека.
  Откуда-то с платформы донесся монотонный голос, усиленный динамиком.
  Ченселор закрыл глаза и погрузился в дремоту под стук колес поезда,
  набиравшего