на себя всю ответственность? Ни в коем случае.
   - Вам не удастся остановить меня. Лучше помогите.
   - Черта с два! Я сумею остановить вас. Я могу официально оформить с
  десяток обвинений против вас и запрятать в кутузку.
   - А что потом? Вы же не сможете встретиться с ними.
   - Почему бы и нет? Ченселор подошел к столу и сел:
   - Да потому, что вы - жертва шантажа. Вы что забыли о Хан Чоу?
   О'Брайен не шелохнулся, он смотрел прямо в глаза Питеру:
   - Что вы знаете о Хан Чоу?
   - Ничего, Куин, да и не хочу знать. Могу только догадываться. В тот
  первый вечер, когда мы встретились, я упомянул о Лонгворте, рассказал вам о
  том, что случилось с Филлис Максвелл, обронил слово "Часон", и в ваших
  глазах появился такой страх... Вы произнесли это название так, будто оно
  убивало вас. И на меня вы смотрели точно так же, как смотрите сейчас, будто
  обвиняли в грехах, о которых я не имел ни малейшего представления. Вряд ли
  вы поверите мне, но я придумал вас еще до нашей встречи.
   - Что вы там городите? - с напряжением в голосе спросил О'Брайен.
   Питер со смущенным видом отпил глоток виски. Он отвел взгляд от Куина и
  уставился в свой стакан.
   - Вы действовали на меня очищающе. Вы - один из моих героев, который
  признавал свои слабости и умел бороться с ними.
   - Не понимаю, о чем вы говорите.
   - В каждой истории о пороке должен быть положительный герой, выступающий
  на стороне правых. Я считаю, разница между