ь. Йохансен и его команда высадились
  на отлогий илистый берег этого чудовищного акрополя, и стали, скользя,
  карабкаться вверх по титаническим, сочащимся влагой блокам, которые никак не
  могли быть лестницей для смертных. Даже солнце на небе выглядело искаженным
  в миазмах, источаемых этой погруженной в море громадой, а угроза и опасность
  злобно притаилась в этих безумных, ускользающих углах резного камня, где
  второй взгляд ловил впадину на том месте, на котором первый обнаруживал
  выпуклость.
   Нечто очень похожее на страх охватило всех путешественников еще до
  того, как они увидели что-либо кроме камней, ила и водорослей. Каждый из них
  убежал бы, если бы не боязнь подвергнуться насмешкам со стороны остальных, и
  потому они только делали вид, будто что-то ищут -- как оказалось, совершенно
  безрезультатно -- какой-нибудь небольшой сувенир на память об этом месте.
   Португалец Родригес был первым, кто забрался на подножие монолита и
  крикнул, что обнаружил нечто интересное. Остальные подбежали к нему и все
  вместе с любопытством уставились на огромную резную дверь с уже знакомым
  изображением головоногого дракона. Она была похожа, писал Йохансен, на дверь
  амбара; они все сразу поняли, что это именно дверь из-за витиевато
  украшенной перемычки, порога и косяков, хотя они не смогли решить;. лежит ли
  она плоско, как дверь-люк, или стоит косо, как дверь внешнего погреба. Как
  говорил Уилкокс, геометрия здесь была совершенно неправильной. Нельзя было с
  уверенностью сказать, расположены море и