ли эти места, да и вновь прибывающие
  переселенцы предпочитают здесь не задерживаться. В разное время сюда
  наезжали франкоканадцы, итальянцы и поляки, но очень скоро все они
  собирались и следовали дальше. И вовсе не потому, что обнаруживали
  какие-либо недостатки - нет, ничего такого, что можно было бы увидеть,
  услышать или пощупать руками, здесь не водилось, - просто само место
  действовало им на нервы, рождая в воображении странные фантазии и не давая
  заснуть по ночам. Это, пожалуй, единственная причина, по которой чужаки не
  селятся здесь: ибо доподлинно известно, что никому из них старый Эми Пирс
  и словом не обмолвился о том, что хранит его память о "страшных днях".
  Эми, которого в здешних краях уже давно считают немного повредившимся в
  уме, остался единственным, кто не захотел покинуть насиженное место и
  уехать в город. И еще. Во всей округе только он один осмеливается
  рассказывать о "страшных днях", да и то потому, что сразу же за его домом
  начинается поле, по которому можно очень быстро добраться до постоянно
  оживленной, ведущей в Аркхэм дороги.
   Некогда эта дорога проходила по холмам и долинам прямиком через
  Испепеленную Пустошь, но после того, как люди отказались ездить по ней,
  было проложено новое шоссе, огибающее местность с юга. Однако следы старой
  дороги все еще можно различить среди густой поросли наступающего на нее
  леса, и, без сомнения, кое-какие ее приметы сохранятся даже после того,
  как большая часть низины будет затоплена под новое