енце обезумел и
  погиб прежде, чем достиг этих губительных останков невообразимо далекого
  прошлого, и звал меня с собой. Что, если судьба в самом деле сохранила мне
  рассудок только для того, чтобы непреодолимо увлекать меня к концу, более
  жуткому и немыслимому, чем в состоянии придумать человек? Поистине, мои
  нервы были болезненно напряжены, и я должен отбросить эти впечатления: они
  для слабых.
   Всю субботнюю ночь я не спал и включал свет, не думая о будущем.
  Раздражало, что электричество иссякнет раньше воздуха и провизии. Я
  вернулся к мысли о легкой смерти без мучений и осмотрел свой
  автоматический пистолет. Под утро я, должно быть, уснул со включенным
  светом, так что проснулся во тьме, чтобы обнаружить, что батареи мертвы. Я
  зажег одну за другой несколько спичек и отчаянно сожалел о
  непредусмотрительности, с которой были сожжены несколько имевшихся у нас
  свечей.
   После того, как погасла последняя зажженная спичка, я очень спокойно
  остался сидеть в темноте. Пока я размышлял о неизбежном конце, мой разум
  пробежал все прежние события, и вывел нечто странное, что заставило бы
  содрогнуться человека послабее и посуевернее.
   ГОЛОВА СВЕТЛОГО БОГА НА СКУЛЬПТУРАХ СКАЛЫ-ХРАМА ТА ЖЕ, ЧТО И НА
  КУСОЧКЕ РЕЗНОЙ КОСТИ, КОТОРУЮ МЕРТВЫЙ МОРЯК ПРИНЕС ИЗ МОРЯ И КОТОРУЮ
  БЕДНЫЙ КЛЕНЦЕ УНЕС ОБРАТНО В МОРЕ.
   Я был слегка ошарашен этим совпадением, но не ужаснулся. Только
  слабый ум торопится объяснить уникальное и сложное примитивным замыканием
  на