ая,
  когда же вернется Т'юог. Так было и на следующий день, и дальше. Целую
  неделю народ ждал и надеялся. Но никто более не видел Т'юога, того, кто
  хотел освободить человечество от страха.
   Отныне люди дрожали, вспоминая высокомерие Т'юога, и старались не
  думать о той каре, которая постигла его за безбожие. А жрецы Гатаноа
  улыбались и высмеивали тех, кто осмелился восстать против воли бога и
  отказать ему в принесении жертв. Впоследствии народ узнал о хитрости
  Имаш-Му, но лучше всего было не задевать Гатаноа, и никто никогда уже не
  решался на это. Шли века, сменялись короли и великие жрецы, возвышались и
  падали нации, земли поднимались со дна морского и вновь уходили в
  бездонные пучины. За тысячелетия исчезла К'Наа, и, наконец, настал
  страшный день гроз и бурь, великих землетрясений, и приливная волна навеки
  поглотила землю Му.
   Но, несмотря на все это, слухи о древних тайнах прошли по миру. В
  отдельных землях обнаружились бледные беглецы, пережившие гнев моря, и под
  чужими небесами поднимался дым от алтарей, поставленных исчезнувшим богам
  и демонам. Никто не знал, в каких безднах затонула священная гора с
  циклопической крепостью страшного Гатаноа, но кое-кто еще шептал его имя и
  предлагал ему жертвы, боясь, что он восстанет из океанских глубин, сея
  ужас среди людей.
   Вокруг рассеянных по миру жрецов основывались рудименты тайного
  темного культа. Тайного потому, что народы этих новых земель имели своих
  богов и отвергали чужих. И в лоне этого