шума.
   Среди этой новой волны зрителей, многие из которых приходили
  повторно, начал циркулировать слух об изменении внешнего вида мумии. Я
  полагаю - если не учитывать впечатлений сторожа, о которых говорилось
  выше, - что мы все слишком привыкли к виду странных форм и поэтому не
  обращали внимания на детали. Однако, в конце концов, возбужденное
  бормотание посетителей привлекло внимание сторожей к малозаметной мутации,
  которая вроде бы происходила и в самом деле.
   Дело тотчас же подхватила пресса, и легко себе представить, чего она
  только не навыдумывала.
   Естественно, я стал внимательно присматривать за феноменом и к
  середине октября убедился в том, что мумия действительно разлагается. По
  каким-то причинам - быть может, под влиянием атмосферы -
  полукаменные-полукожаные волокна постепенно размягчились, ослабились и
  вызвали заметные перемены в положении членов и в некоторых деталях
  искаженного страхом лица. После полувековой отличной сохранности такие
  изменения не могли не тревожить, так что я попросил таксидермиста музея,
  доктора Мора, тщательно осмотреть мерзкий предмет.
   Таксидермист констатировал общую вялость и размягчение членов мумии и
  смазал ее специальными вяжущими средствами. На большее он не решился,
  боясь, что мумия вдруг полностью развалится.
   Все это произвело на толпы любопытных довольно странный эффект. До
  сих пор каждая новая сенсационная статья в прессе привлекала в музей новые
  партии зевак, но сейчас,