жасу, я улавливал в его изъеденных временем чертах злобную,
  отвратительную пародию на человеческий образ.
   Мне не хватило сил даже на слабую попытку к бегству, запоздалую и
  бессильную перед сковавшими меня чарами безмолвного безымянного монстра.
  Словно заколдованный мерзким неотрывным взглядом его безжизненных глаз, я
  был не в силах даже зажмуриться и мог лишь благодарить милосердные слезы,
  размывавшие очертания страшного существа. Я хотел было поднять руку, чтобы
  закрыться от его взгляда, но и это мне не удалось: я потерял равновесие,
  шагнул вперед, чтобы не упасть, и тут ощутил, что жуткая тварь совсем
  рядом. Мне казалось, что я слышу ее мерзкое дыхание. Обезумев от ужаса, я
  выбросил вперед руку, защищаясь от зловонного призрака, и мироздание
  дрогнуло, сотрясаемое судорогой омерзения, когда мои пальцы
  к_о_с_н_у_л_и_с_ь_ протянувшейся ко мне лапы чудовища, стоящего за
  золоченой аркой...
   Не я вскрикнул, но все демоны ада, мчащиеся на оседланных ночных
  ветрах, диким воплем стронули лавину разрушительных воспоминаний,
  рухнувшую на меня. Теперь я знал все. Я помнил, что было со мной до того,
  как я очутился в мрачном замке, окруженном лесом, я знал, в чьем
  изменившемся жилище я нахожусь, и я знал самое ужасное - я узнал то
  безобразное чудовище, что злобно пялилось на меня, когда я отдергивал
  запятнанные пальцы от его руки.
   Но есть в мире не только горечь, но и бальзам, и для меня этот
  бальзам - забвение. В непереносимом