что "так было принято", а кроме того, здешние улицы
  были настолько грязными и запущенными, что едва ли какому-то нормальному
  человеку пришла бы в голову мысль бродить по ним в ночное время.
   Что же до производственной активности, то следовало прямо признать, что
  то количество рыбы, с которой возвращались рыбаки, было просто
  поразительным, хотя самим им это с каждым годом приносило все меньше и
  меньше выгоды, поскольку цены продолжали падать и нарастала конкуренция. со
  стороны крупных фирм-поставщиков. Главным же бизнесом города оставалась,
  естественно, золотоочистная фабрика, коммерческий офис которой находился
  всего в нескольких десятках метров от того места, где мы с молодым
  бакалейщиком вели нашу беседу. Самою старика Марша нынешнее поколение
  горожан никогда не видело, хотя он и выезжал изредка на производство, сидя в
  закрытой и плотно зашторенной машине.
   Ходила масса слухов относительно того, как выглядит нынче Марш. Некогда
  он слыл чуть ли не щеголем, и люди утверждали, что он и поныне носит
  допотопный эдвардианский сюртук, довольно изящно пригнанный даже по его
  теперешней, крайне уродливой фигуре. Многие годы в конторе всем заправляли
  его сыновья, но в последнее время они также стали избегать появления на
  людях, оставив ведение дел представителям более молодого поколения семьи.
  Внешне сыновья и дочери Марша сильно изменились, особенно те, что были
  постарше, и поговаривали, что здоровье их с каждым годом становится все
  хуже.
   Одна из дочерей Марша являла собой